15 августа, 2022

Прокурор на сделке с педофилом: почему насильник детей избежал тюрьмы

Прокурор на сделке с педофилом: почему насильник детей избежал тюрьмы
Комментарии: 3

Daniel Bone ссайтаPixabay

В Украине ужесточили наказание за сексуальные преступления против несовершеннолетних, а систему эффективной юстиции не создали.

Раскаялся, заключил сделку с прокурором о признании вины и получил условный срок за развратные действия в отношении ребенка. Такое решение Ленинского районного суда в Николаеве поразило многих. Если не сказать — шокировало.

Больше года назад по Украине прокатилась мощная антипедофильная кампания. Депутаты приняли закон об усилении наказания за сексуальные преступления против детей, учредили реестр педофилов, даже пытались ввести химическую кастрацию. И вот — такой результат. Очередной насильник остался на свободе, испытательный срок вовсе не гарантия, что он не будет искать новую жертву.

Почему мы так и не создали эффективную систему для защиты детей, разбиралась «КП» в Украине».

Родители не требовали наказания, не предъявляли иск

Фабула дела проста и отвратительна. Некто безработный, не женатый, ранее не судимый увидел в подъезде маленького мальчика и «с целью удовлетворения собственной половой страсти совершил физические развратные действия», говорится в решении Ленинского районного суда Николаева. Это случилось 5 августа, а 22 декабря женщина-прокурор заключила с обвиняемым соглашение о признании им вины и стороны ударили по рукам: 5 лет с освобождением от отбывания наказания. Суд согласился и назначил испытательный срок в два года.

Вячеслав Аброськин. Фото: ФБ

— Я считаю, что о договоренностях с такого рода преступником у представителя закона не должно быть и речи, — прокомментировал для «КП» в Украине» ректор Одесского университета внутренних дел, бывший первый замглавы Национальной полиции Вячеслав Аброськин. — Я еще понимаю, когда соглашения заключают по кражам, по грабежам, но по насильственным действиям в отношении детей — нет! Такие по максимуму должны нести ответственность.

Мы пытались услышать комментарий от адвоката осужденного, но получили отказ, и даже не очень вежливый. Разгадка, похоже, кроется в том, что родители пострадавшего ребенка не требовали строго наказать обидчика, не заявляли гражданский иск.

— Такое, к большому сожалению, случается в малоимущих семьях, — констатирует Вячеслав Аброськин. — Родители детей, которые подверглись насилию, берут деньги и таким образом становятся на сторону преступника.

Прокурор такую позицию поддержала.

Прокурору что вор, что насильник…

По закону прокурор ничего не нарушила. Уголовно-процессуальный кодекс позволяет заключать смягчающие соглашения по тяжким преступлениям, если нет пострадавших или пострадавшие не возражают. Исключений в УПК не сделано, а они должны быть как минимум по категории дел, связанных с насилием над детьми, считает вице-президент Всеукраинской фундации «Защита прав детей» Алексей Лазаренко.

— Когда ужесточали меру наказания за сексуальные преступления против детей, об этом даже не задумались, — говори эксперт. — Но и само ужесточение тоже ничего не дало. В Украине не создана действенная система ювенальной юстиции. Прокуроры, профессионально занимающиеся защитой детей, как бы на бумаге есть, а по факту — нет. На практике такие дела находятся под надзором у обычного районного сотрудника прокуратуры, которому что вор, что бандит, что насильник или развратник — все одинаковы.

Но самое главное, никто не знает, что происходит с пострадавшим ребенком, пока взрослые выполняют рутинную работу.

— Дело передали в суд, суд утвердил мировую. Если родственников это устраивало, вряд ли они будут заботиться о том, чтобы мальчик прошел необходимую психологическую реабилитацию. Ведь он мог пережить травму, которая останется на всю жизнь, — говорит Алексей Лазаренко. — У нас нет реально работающей государственной программы, которая обеспечивала бы жертвам сексуальных преступлений защиту и поддержку.

Рецидив наиболее вероятен

Но и без прокурорских сделок педофилы нередко избегают наказания. В том же Николаеве и не далее, как в апреле, суд отпустил на условный срок мужчину, который развращал ребенка и «забавлялся» детской порнографией.

Пролистав Единый государственный реестр судебных решений, мы выяснили, что в среднем по ч.2 ст. 156 (развращение несовершеннолетних) на три реальных приговора приходится один условный. В одном из районов Житомирской области испытательный срок дали даже мужчине, который 7 лет (!) насиловал с периодичностью родную дочь. Хорошо, вмешалась апелляция.

Гуманность судов предполагает несколько объяснений. Первое — извращенцев, попавшихся по первому разу, отправляют на социальную реабилитацию, чтобы зона не сломала им жизнь. Что зэки делают в колониях с педофилами, известно всем. Но специфика преступлений на сексуальной почве такова, что здесь наиболее вероятен рецидив. Достаточно беглого взгляда, брошенного на ребенка, чтобы у педофила снова «сорвало крышу».

— Обычная пробация ничем не поможет, — говорит Алексей Лазаренко. — Как и реестр педофилов, который так пока и не заработал. За такими людьми нужен особый и постоянный контроль — врачей, психологов, полиции.

Второе — расследование по педофилам ведутся так же формально, как и многие другие дела. Одна жертва есть, и ладно, других не ищут.

— Я все время говорю о том, что в Национальной полиции необходимо создать специальное подразделение с филиалами, которое бы занималось исключительно сексуальными преступлениями против несовершеннолетних. Со своими сыщиками, следователями, большими оперативными полномочиями, с правом на негласные следственные действия, привлечением киберполиции, программой защиты жертв, — продолжает Лазаренко.

Такое подразделение, по словам нашего эксперта, создано в Беларуси и доказало свою эффективность.

Насильник требует жертву в суд

Сейчас сексуальное насилие над несовершеннолетними — одно из самых латентных видов преступлений.

— Дети боятся говорить взрослым о том, что перенесли, взрослые не хотят выносить «сор из избы», факты стараются скрывать в садиках, в школах, — говорит Вячеслав Аброськин. — До стадии уголовных дел доходит 10% преступлений, а до суда и того меньше.

Самое опасное, когда дела затягиваются, пострадавшие растут и все больше замыкаются в себе из стыда перед обществом.

— В Одессе был такой случай.  Два года назад отчим изнасиловал 7-летнюю падчерицу, когда ее мама лежала в больнице. Вскоре гражданские супруги разбежались по разным квартирам, потом мужчина пришел мириться, и только тогда девочка призналась маме, что пережила. Экспертиза показала, что нелюдь наградил ребенка целым букетом венерических заболеваний. И вот пострадавшей уже 9 лет, а ее вызывают в суд для показаний, потому что так требует адвокат обвиняемого, — продолжает Вячеслав Аброськин. — Мы организовали заседание у себя в университете, где построили специальную кризисную комнату с зеркалом, позволяющим защитить жертву от встречи с насильником. Но больше таких комнат в Украине нет.

…Сейчас в Подольском суде продолжаются прерванные было заседания по делу известного аккордеониста Игоря Завадского и его администратора Андрея Бригиды, которых обвиняют в развращении несовершеннолетних. Музыкант уверен, что его с другом ждет оправдание, и это вполне вероятно.

Мальчики, проходящие по делу как пострадавшие, стали взрослыми людьми. И не хотят публично ворошить свое прошлое.

Психолог об эротическом фотоскандале: Гениальность фотографа дает порочные побочные

Чтобы не пропустить все самое важное и интересное, подписывайтесь на нас в соцсетях